Женский образ в живописи. Художник Д. Г. Левицкий. Портрет М. Дьяковой

В декабре 1770 года в доме петербургского барина Бакунина состоялись один за другим несколько домашних спектаклей.

Главные партии пели сёстры Дьяковы, а одну из второстепенных – Николай Александрович Львов, в те годы ещё не прославивший себя ни сочинением стихов, ни замечательными архитекторскими проектами и постройками, ни исследованиями по горнорудному делу, ни собиранием народных песен.

Тогда его знали просто как молодого обаятельного человека. Все приглашённые на спектакли были очарованы пленительной игрой и пением Машеньки Дьяковой. Среди приглашённых друзей Львова был, по всей видимости, и Дмитрий Григорьевич Левицкий.

Художник Левицкий в ту пору уже известен и при дворе, и в кругах великосветской знати. Он не стремится к популярности и не берёт заказы от всех желающих, но почти каждому выполненному им портрету сопутствует громкая молва. Именно Левицкому поручают написать портрет французского философа Дидро, гостившего в России по приглашению Екатерины II. В начале 70-х годов Левицкий получает заказ на исполнение целой серии портретов воспитанниц Смольного института. Это была работа, в которой художник раскрылся как человек со своим понимание красоты. Его увлекают не столько правильность пропорций и черт лица, сколько душевные качества модели и естественность.

В Николае Львове Левицкий встретил человека очень близкого себе, родную душу. В нескольких написанных им в разные годы портретах Львова какая-то особая притягательность. Любовь Николая Львова к Машеньке Дьяковой, видимо, не оставалась тайной для художника. Но, возможно, он и не знал, что Львов несколько раз просил её руки, но получал отказ от её родителей. Для обер-прокурора сената невелика была честь отдать дочь за небогатого дворянина. Левицкий не мог не заметить чувств Николая Львова. Получив заказ написать портрет Машеньки Дьяковой, художник часто бывал не только в доме Дьяковых, но и у Бакуниных, где жил Львов. Вскоре и сам Левицкий попадает под чары Дьяковой. В ней было всё, что он ценил в женщине: внешнее очарование, артистизм, музыкальная чуткость, несомненный ум. Но, самое главное, он угадывал в ней способность любить самоотверженно и верно.

Левицкий оказался свидетелем и летописцем одной их романтических историй 18 века, истории Ромео и Джульетты со счастливым концом. Только незаурядная девушка способна была поступить так, как поступила Машенька. Тайно обвенчавшись с Львовым, она продолжила жить в родительском доме, скрывая от родителей своё замужество. Она была уверена, что благодаря своим талантам Львов добьётся признания, сумеет завоевать расположение её отца. А любящим были запрещены встречи, запрещено разговаривать друг с другом. Только в 1783 году, когда Львов был избран членом Российской академии, получил чин коллежского советника, когда начались его успехи на архитектурном поприще, родители Дьяковой согласились на этот брак.

Левицкий написал второй портрет Машеньки, теперь уже Львовой. Она уже другая: в её взгляде спокойная уверенность будущей матери большого семейства (она родила пятерых детей), уверенность женщины, которая не сомневается в безусловной любви к ней мужа. В любви Марии Алексеевны, её стойкости, незаурядном уме черпал свои силы Николай Александрович Львов — писатель, музыковед, ученый и изобретатель, архитектор и график, один из наиболее универсальных талантов русского «века Просвещения».

Автор Л. Осипова

0 ответы

Ответить

Хотите присоединиться к обсуждению?
Не стесняйтесь вносить свой вклад!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *